Г. Розенталь

Сияет солнцем майский день
И пахнет тонким ароматом.
В саду вовсю цветет сирень,
Волнуя праздничным нарядом.

Роса сверкает на траве,
Раскрылись первые тюльпаны.
Малиновка в густой листве
Гнездо устраивает рьяно.

Повсюду слышен гомон птиц.
Они порхают, где попало,
Для них не создано границ –
Им жить в неволе не пристало.

И только старый попугай
Грустит в своей железной клетке.
Ему не нужен этот рай,
Он замер, словно статуэтка.

Он вспоминает жаркий май
В своем далеком Тринидаде,
Родной, благословенный край
И на меня ворчит в досаде.

В желтой ржи васильковая синь.
В небе красное солнце горит.
Веет зноем от хлебных равнин.
Жаворонок над полем звенит.

Вот он ввысь устремился стрелой,
Так легко, словно это душа
Поднялась над бескрайней землей
И парит в вышине, не спеша.

И манит нас светла и легка
Из прозрачных небесных глубин,
Где лениво плывут облака
И поет жаворонок один.

Льется голос его в тишине
Над просторами желтых полей…
Как узнать, сколько солнечных дней
Мне осталось прожить на земле?

Сколько мне доведется пройти
Неизведанных дальних дорог?
Что же ждет меня там впереди?
Это знает один только Бог.

Белеют снежные поля.
В окне морозные узоры.
Скрипят от стужи тополя.
Безлюдны зимние просторы.

В избе тепло морозным днем.
Фитиль мигает у лампадки.
Забылась кошка сладким сном,
Но все же щурит глаз украдкой.

С десяток красных снегирей
Резвятся под окном избушки.
Они, на радость детворе,
За хлеб дерутся у кормушки.

На елке сидя, свысока,
Ворона каркает на стужу.
Висят над лесом облака,
Внизу слегка поземка кружит.

Собака дремлет в конуре.
В сугробах утопают ели.
Укрывшись снегом в январе,
Природа спит в своей постели.

На острове среди старинных мельниц,
Укрывшись от людей в монастыре,
Великий мастер сочинял свои этюды.

Божественная музыка лилась
Среди холмов зеленых Валь де Мосо
И птицы, ее слыша, умолкали.

Шопен играл на старом фортепиано
И клавиши волнующе звучали
Под трепетными пальцами маэстро.

И несравненная, влюбленная Жорж Санд
Тихонько утирала свои слезы
И приближался день его кончины.

Но гении в своих делах бессмертны.

От пламени его таланта и поныне
Воспламеняются сердца и души.
И мысли обретают вдохновенье.

За это память вечная ему
От нас и от грядущих поколений.